Почему Рон Мицкевич написал книгу о своем сыне.

Добрый вечер. Хотя, кто-то прочитает эту статью ранним утром.:)

Сегодня я публикую две огромные цитаты из книги Рона Мицкевича «Беспощадный». Это пролог к книге и Двадцатая глава.

Я не думаю, что нужны какие-то комментарии и пояснения. Выводы вы сделаете сами. Вас ожидает в прямом смысле слова детективная история.

И огромное спасибо за труд переводчику — Татьяне:) Она замечательный человек.

«ПРОЛОГ

Футболки с нагрудными карманами – это удобная штука. В маленьком кармашке хорошо помещаются мобильный телефон, очки и список покупок. Конечно, если положить в него мобильный телефон и затем наклониться, телефон, скорее всего, выпадет.

В июле 2013 года я жил в Уайтвотере, штат Висконсин, городке с населением четырнадцать тысяч человек, в сорока пяти минутах езды к юго-западу от города Милуоки. Однажды утром я поехал за покупками в соседний городок Джейнсвилл в супермаркет «Альдис». Я вышел оттуда со своими пакетами и, уже сидя в машине, наклонился к рулю, чтобы поставить их на пол перед пассажирским сиденьем. В этот момент я потянулся рукой к кармашку на футболке, чтобы придержать мобильный телефон. Я делал это уже миллион раз. После того как пару раз выронишь телефон или очки прямо на землю, это движение становится автоматическим.

Есть такая штука – «эффект бабочки». Математик и метеоролог Эдвард Лоренц создал теорию о том, что бабочка, взмахивающая крылышками в джунглях Амазонки, может вызвать ураган в Карибском море несколько недель спустя.

Я и не подозревал, что за простым автоматическим движением моей руки к груди наблюдали, и что оно, подобно «эффекту бабочки», запустило цепь событий, которых не ожидали ни я, ни многие другие люди.

Примерно неделю спустя, когда я был вечером дома в Уайтвотере, в мою дверь постучали. Я открыл ее и, к своему удивлению, увидел на пороге офицера из местного отделения полиции.

– Вы – Рон Мицкевич? – спросил он.

Мне нечего скрывать, но появление полицейского в доме, в котором я жил всего несколько месяцев, и то, что он назвал мое имя, немедленно меня насторожили.

– Давайте пройдем в гараж, чтобы мы могли поговорить наедине, – сказал я.

Я не хотел без необходимости беспокоить тещу. Она ничего не знала о том, почему моя жена Бекки и я внезапно появились в ее жизни весной 2012 года, и я недоумевал относительно того, чего хотел полицейский. Я закрыл входную дверь, обошел дом и открыл ворота гаража.

– В чем дело?

– У меня есть для вас информация, – начал он. – В течение этого года за вами следили два частных детектива, нанятых Церковью Саентологии.

– Что? Вы, наверное, шутите? – физически эта новость ощущалась как удар под дых. В эмоциональном плане я был шокирован.

– Нет, сэр, не шучу.

– Боже мой, за мной следят? – Я не мог поверить в услышанное. Это было совершенно неожиданно.

– Чтобы получить дополнительную информацию, вы можете заехать в полицейский участок в Вест-Эллисе, потому что это их ребята арестовали одного из детективов.

Офицер ушел, а я позвонил Бекки, которая была на работе, и рассказал ей о случившемся. Мысли путались. Я начал анализировать последний год своей жизни в поисках подсказок. Кто за мной следил? Были ли какие-то признаки слежки, которые я проигнорировал? Я сказал себе, что можно было и догадаться, что что-то происходит. Как я мог быть таким слепым?

После нескольких минут мысленной какофонии в голове у меня прояснилось, и я связался с полицейским участком в Вест-Эллисе. Мы договорились, что я заеду к ним, но уже на следующий день они прислали ко мне человека из Управления по борьбе с незаконным оборотом алкоголя, табака и вооружений (АТФ) в сопровождении полицейского из Уайтвотера для того, чтобы осмотреть мою машину. По-видимому, частные детективы установили в ней датчик GPS для того, чтобы отслеживать мои передвижения. Я был еще более ошеломлен, если такая степень удивления вообще возможна. Честно говоря, я не верил в происходящее. В нашей жизни все было очень хорошо, и тут внезапно посреди нее разорвалась бомба.

Агент АТФ не очень хорошо себя чувствовал и не смог закончить осмотр моей машины, целью которого было найти датчик GPS. На следующий день мы с Бекки приехали в участок в Вест-Эллисе, чтобы поговорить с полицейскими. Нас усадили за длинный стол в переговорной. Вскоре к нам пришел детектив, который произвел арест несколько дней назад, и представился как Ник Пай. Он выглядел как полузащитник НФЛ (национальной футбольной лиги — переводчик), который мог выжать 400 фунтов из положения лежа, и после нашего знакомства оказалось, что он на самом деле выжимал 400 фунтов. Несмотря на это, он держался очень спокойно и скромно. По моему опыту, самые крутые – именно такие парни, которым не нужно демонстрировать силу.

– Я расскажу вам о том, что произошло, но сначала давайте проверим вашу машину, – сказал он.

Мы заехали на машине на площадку для техосмотра полицейских автомобилей. Ее поставили на подъемник, и механик проверил ниши колес.

– Вот тут они его устанавливали, – сказал он, указав на нишу заднего колеса. – Его сняли, но остались царапины от магнита, – он посветил фонариком в нишу, и я увидел место, о котором он говорил.

Я целый год ездил на машине, которая передавала сведения о каждом повороте руля тем двум парням, которые за мной следили. Черт побери, от этой мысли стало тошно.

– Это дикость, – сказал я детективу Паю. – Не могу в это поверить.

– У вас есть какие-либо предположения, почему они за вами следили?

– Вероятно, они боялись, что я обращусь в прессу или что-то в этом роде. Я отец Председателя Правления Церкви Саентологии, и в прошлом году мы с женой покинули эту организацию. Может быть, он немного беспокоился о моем здоровье. Но на самом деле я не знаю, – пробормотал я в ответ, потому что вся ситуация казалась мне нереальной.

– Послушайте, – сказал он, –  я ненавижу. что мне приходится рассказывать вам об этом, но я должен это сделать.

Он на минуту задумался, и я видел, что он подыскивает нужные слова. У меня появились дурные предчувствия. Что еще случилось? Наконец, он сказал мне все прямо.

– Эти парни увидели, как на парковке супермаркета вы наклонились и схватились рукой за грудь. Они решили, что у вас сердечный приступ. По инструкции, если что-то такое случится, они должны были сделать звонок. Когда мы их взяли, эти частные детективы сказали нам, что никто из них никогда раньше не разговаривал с вашим сыном. По инструкции они должны были связаться с частным детективным агентством, на которое работали. Глава агентства позвонил бы представителю интересов вашего сына, уполномоченному заниматься этим делом, и тот передал бы информацию вашему сыну.

Они позвонили в свое агентство, и через несколько минут с ними связался человек, который назвал себя Дэвидом Мицкевичем. Он сказал частным детективам: «Если он умирает, пусть умирает. Не вмешивайтесь».

Сказать, что я был шокирован словами Ника – это преуменьшение века. Поражен, ошеломлен, не верил своим ушам – сами вставьте нужные слова. Я не мог в это поверить. Я услышал то, что он сказал, но какое-то время не мог это принять. Я думаю, что помогать другим людям – это один из основополагающих человеческих импульсов, особенно помогать тем, кто в этом остро нуждается и в особенности члену семьи. И для сына, сказать о своем отце: «Просто позвольте ему умереть»?!

В этой книге я расскажу вам о том, как это произошло. «

«ГЛАВА 20. «Если он умирает, пусть умирает. Не вмешивайтесь».

Мы планировали переезд в новый дом. У Бекки появилось бы почти на два свободных часа в день больше. Я продолжил бы продавать тренажеры «Эксер-Дженис», но сначала я потратил бы большую часть своего времени, прочесывая секонд-хенды и гаражные распродажи, чтобы купить все, что нам было нужно. Прожив больше года с матерью Бекки и с Ронни, мы с нетерпением ждали момента, когда можно будет поселиться в своем собственном доме.

По соседству с нашим домом были выставлены на продажу и другие, и один из них был виден из наших окон. Однажды соседка заметила, что по улице туда и обратно ходит какой-то человек, разговаривая по мобильному телефону. Она какое-то время наблюдала за тем, как он прохаживается взад и вперед по улице. Что мне нравится в штате Висконсин, так это то, что люди здесь приглядывают друг за другом. Действия этого человека показались соседке подозрительными, и она позвонила в полицию и сообщила о воре. Вскоре после этого полицейский заметил из патрульной машины, как какой-то мужчина заглядывает в дом, выставленный на продажу, через дверное стекло.

Офицер полиции подошел к этому мужчине и спросил, чем тот занимается. Тот ответил, что просто смотрит на дома. Он отказался назвать свое имя, и офицеру это не понравилось. В итоге офицер, к которому присоединился детектив, который также приехал по вызову соседей, арестовал подозрительного мужчину. Они обыскали его машину. Он оставил ее с включенным двигателем за углом рядом с нашим новым домом. А теперь я вас спрашиваю: Кто оставляет включенным двигатель машины и идет за угол, чтобы заглянуть в чужие окна? В его машине полицейские обнаружили, помимо всего прочего, фальшивые водительские права, семь номерных знаков из пяти разных штатов, GPS-устройство, предназначенное для слежения, портативные блокираторы сотовой связи, ноутбуки, фотоаппараты, электрошокер, несколько пистолетов и винтовок и патроны к ним и, ах да, еще и тридцатидюймовый самодельный глушитель.

В участке мужчина назвался Дуэйном Пауэллом (Dwayne Powell), частным детективом из штата Флорида. Он сказал, что следит за мной уже полтора года, и что в течение последнего года работает на пару со своим сыном Дэниэлом (Daniel). Подарок от Дэвида в размере ста тысяч долларов на покупку дома – это ничтожно мало по сравнению с тем фактом, что церковь заплатила этим двум клоунам более пятисот тысяч, чтобы они шпионили за мной больше года и постоянно отчитывались обо всем, что я делал с восьми утра и до восьми вечера. Для меня просто невозможно предположить, что кто-нибудь кроме Дэвида мог стоять за всем этим.

(По словам Рона Мицкевича, уйдя из Церкви он написал сыну письмо, в котором Рон Мицкевич говорил о том,  из-за его работы в Морской Организации у него не получалось платить много Системе Социального Страхования и сейчас он хотел бы получить финансовую помощь. Дэвид Мицкевич прислал ему 100 000 долларов, чтобы тот мог купить себе дом. Это данные из этой же книги. — Виктория Северин)

В тот день Дуйэн крутился рядом с соседним домом из-за его расположения – наш дом находился в пределах видимости. Если бы Дуэйн купил тот дом, то, очевидно, возможность слежки за мной из окна верхнего этажа сильно упростила бы его работу. Он сказал полиции, что его работа и работа его сына заключалась в том, чтобы собирать на меня компромат.

В то время Дэниэл Пауэлл не знал о том, что его отец находится под арестом в полицейском участке, но в конце концов он узнал, что Дуэйна арестовали и приехал в участок, где также рассказал обо всем полиции. Отец и сын независимо друг от друга рассказали, что работали на Церковь Саентологии по найму через детективное агентство, и что их основным заказчиком был Дэвид Мицкевич. Дуэйн заявил, что посредник от имени церкви платил им десять тысяч долларов в неделю.

Когда Дэниэла спросили, в чем, по его мнению, заключалась их с отцом работа, он ответил: «Мы ищем компромат на этого парня, чтобы он не смог навредить церкви». По словам Дэниэла, Пауэллы составляли ежедневные отчеты о своих действиях и посылали их «заказчику», который подшивал отчеты к делу. Частные детективы не знали, что происходило с этой информацией в дальнейшем.

Они должны были обращать особое внимание на то, не говорю ли я чего-нибудь, что может опорочить Дэвида. Очевидно, что Дэвид не хотел, чтобы «объект», как они меня называли, общался с другими людьми, которые вышли из церкви и могли сказать что-то плохое о нем или о церкви. Кроме того, Дэниэл рассказал полиции о том, что церковь располагает сетью, состоящей из людей (представьте себе паутину, в центре которой находится Дэвид) — бывших саентологов, которые используются для того, чтобы разрушить любой план, который я или кто-то другой может иметь. Дэниэл пояснил, что если, например, ему или его отцу стало бы известно о том, что я общался с кем-то, кто сбежал из церкви и является потенциальной угрозой, они должны были сообщить об этом своему заказчику, который затем передал бы эти сведения частным детективам, которые следят за человеком, с которым я общался. Затем, как понял Дэниэл, в дело вступил бы агент церкви под прикрытием, который занялся бы «обезвреживанием» ситуации.

Другими словами, если бы я планировал написать книгу, и им стало бы об этом известно, мне позвонил бы мнимый друг и сказал бы: «Ох, Рон, ты не хочешь влезать во все это. Тебе хочешь на пенсию.», предприняв попытку повлиять на меня, чтобы я оставил свою затею. Так и произошло однажды несколько лет назад, когда я подумывал о том, чтобы написать книгу: один так называемый «друг» произнес именно такие слова. Согласно полицейскому отчету, Дуэйн подтвердил это: «Если Рон делал что-то, что не согласовывалось с наилучшими интересам церкви, я сообщал об этом своему контактному лицу, и церковь присылала людей из Лос-Анджелеса, чтобы они вмешались и поговорили с Роном, чтобы подкорректировать его поведение».

Дэниэл сказал, что они получили сообщение от Дэвида о том, что он хочет, чтобы его отец просто жил своей жизнью, удалившись и будучи пенсионером где-то в богом забытом месте. Им с отцом сказали, что Дэвид был лидером Церкви Саентологии. Это правда. Еще им сказали, что я его отец. Это тоже правда. Но в сообщении также было сказано, что я был музыкальным директором в церкви, и моя музыка устарела, так что Дэвид однажды сказал мне: «Не беспокойся об этом. Просто отойди от дел и живи своей жизнью», что, по словам Пауэллов, я воспринял так: «Ты уволен. Убирайся отсюда. Мы больше не хотим иметь с тобой ничего общего. Уходи». Они также сказали Пауэлла, что я пишу книги, и одна из них называется «Мой сын Дэвид». Дэниэлу также сказали, что Дэйв заплатил мне, чтобы я не дописывал эту книгу, и так я получил деньги на покупку дома. Ему также сказали, что Дэвид купил мне трубу за пять тысяч долларов (Рон Мицкевич — профессиональный трубач. — Виктория Северин), чтобы гарантировать мое молчание. Все это полная чушь, кроме – как это ни забавно – части о том, что я пишу книгу. Эту книгу!

Дуэйн и Дэниэл рассказали полиции, что следили за мной на протяжении полутора лет. Они сказали полиции, что садились позади меня в ресторанах и подслушивали мои разговоры. Они тайком устраивались позади меня в компьютерном зале библиотеки Уайтвотера и заглядывали мне через плечо, чтобы сфотографировать адресатов электронных писем, которые я писал. Они следили за мной повсюду, куда бы я ни поехал. Они установили датчик GPS в моей машине. Они ставили свою машину рядом с моей на парковках и слушали мои телефонные разговоры. Они фотографировали меня, куда бы я ни пошел. Они заходили в магазины и спрашивали у продавцов, о чем я с ними разговаривал. Они следовали за Бекки и за мной от Уайтвотера до Вирджинии, когда мы поехали туда, чтобы побыть с Ронни, и следили за мной там.

Они даже рылись в моем мусоре. Каждое утро я составляю список дел на день. На следующий день я рву его и выбрасываю в мусорное ведро. Пауэллы склеили скотчем по меньшей мере один из таких списков и сфотографировали его. Детектив Ник Пай из полицейского участка в Вест-Эллисе видел эту фотографию. У Пауэллов также были фотографии экрана моего компьютера, когда я сидел в библиотеке и писал электронные письма. Это было длительное по времени вмешательство в личную жизнь организованное церковью с ясной целью: шпионить за мной настолько плотно, насколько это возможно. Какая еще церковь будет заниматься чем-то подобным?

Дуэйн и Дэниэл следили за мной больше года. И они видели, как я придерживаю мобильный телефон в тот день на парковке супермаркета «Альдис».

Дэниэл увидел, как я наклонился вперед и схватился за телефон, и сказал отцу: «Похоже, у него проблемы с сердцем». Дуэйн передал эту информацию своему контактному лицу в фирме, которая его наняла. Несколько минут спустя Девид позвонил Дуэйну. Этого никогда раньше не случалось. Я все еще нахожусь под впечатлением, от инструкций Дэвида: если бы настало мое время умирать, Дуэйн должен был позволить мне умереть и ни в коем случае не вмешиваться.

После этого звонка Дуэйн сказал Дэниэлу: «Мне не важно, что говорит Дэвид. Если ты увидишь, что старик упал на землю и он начинает хвататься за грудь, звони 911. Но не подходи чтобы помочь. Если нас фотографируют что мы ему помогли, они могут подать на нас в суд, потому что заказчик сказал нам ничего не делать».

Это был единственный и, скорее всего, последний раз, когда кто-либо из них разговаривал с Дэвидом. Дуэйн сказал полиции, что сам факт звонка показался ему странным, потому что, насколько ему известно, никто из частных детективов никогда не разговаривал с Дэвидом. Оба Пауэлла переживали, что если они потеряют работу, то потеряют машины, дома и все, что накупили с тех пор как начали следить за мной. Если бы у них была капля здравого смысла, они поняли бы, что когда к человеку приходят легкие деньги, как было у них в течение года  с лишним, самое разумное, что можно сделать – это заплатить по всем счетам и не накладывать на себя кучу финансовых обязательств, потому что никогда не знаешь, когда закончится этот денежный поток. Дэниэл сказал полиции, что купил себе монстр-трак, несколько автомобилей «Камаро», один «Корвет» и два мотоцикла, кучу оружия, и что и у него, и у отца было по собственному дому. Они беспокоились, что могут потерять все это, если потеряют свою работу. Я не знаю точно, но думаю, что работу они потеряли.

«Эффект бабочки» – это интересная теория. Если бы Дуэйн не думал о десяти тысячах долларов, которые он еженедельно получал больше года, то, вероятно, он был бы лучше общался с полицейским, когда тот спросил его, зачем он крутится вокруг соседского дома в тот день. Кто знает? Может, отец и сын по сей день обналичивали бы огромные чеки. Но вы точно не читали бы сейчас эту книгу, потому что я никогда бы не узнал о том, чем занимались эти двое.

По словам юристов церкви, история Пауэллов является «доказуемой чушью». Фактически, Дэвид и церковь отрицают любую связь с Пауэллами. Когда в газете «Лос-Анджелес Таймс» появилась статья о том, что Дуэйн следит за мной, адвокат Дэвида в e-мейле в газету написал следующее: «Пожалуйста, примите к сведенью, что мистер Мицкевич не знаком с мистером Пауэллом, никогда не слышал о мистере Пауэлле, никогда не встречался с мистером Пауэллом, никогда не разговаривал с мистером Пауэллом, не нанимал мистера Пауэлла и не руководил расследованием, которое проводил мистер Пауэлл».

Вероятно, кто-то увидит смысл в заявлении церкви. В конце концов, у частных детективов не всегда хорошая репутация. Есть вероятность того, что они согласовали между собой свою историю, прежде чем рассказать ее полиции, для того чтобы отвлечь внимание от себя и направить его на Дэвида или на церковь.

Но если это та позиция, которую хочет занять церковь, она далеко не уйдет. Полицейские — умные люди, и, если есть вероятность сговора между подозреваемыми, то допрос соучастников проводится по отдельности, чтобы они не могли заранее договориться о показаниях. Кроме того, в этом случае Пауэллы не могли вступить в сговор, потому что Дуэйна допрашивали после того как привезли его в участок, и у него не было возможности поговорить с Дэниэлом. После проведения двух отдельных допросов полиция сравнила показания Пауэллов, и они совпали: они проследили за мной до супермаркета «Альдис», увидели, как я хватаюсь за грудь, Дэвид позвонил им вскоре после звонка Дуэйна и, что самое убийственное, Дэвид сказал: «Если он умирает, пусть умирает. Не вмешивайтесь». Их показания были записаны Ником Паем и агентом Управления Соединенных Штатов по борьбе с незаконным оборотом алкоголя, табака и вооружений, который принимал участие в допросе. Я прослушал записи этих допросов несколько раз. Если церковь захочет обосновать свое заявление о «доказуемой чуши», то все, что я могу сказать – это пожелать ей удачи.

В 2014 году большим жюри присяжных в городе Милуоки Дуэйн был обвинен в ношении огнестрельного оружия с незаконным глушителем. Обвинения позднее были сняты после того, как прокурор принял решение о досудебной замене уголовного наказания на альтернативное. Дэниэл Пауэлл не был арестован, и против него не было выдвинуто обвинений

Буду рада вашим комментариям.

С уважением,

Виктория Северин.